19 февраля на уютной сцене Дворца творчества «Русинка» состоялся показ музыкально-театрализованной постановки «Время-Вера-Война» по мотивам произведений Кира Булычёва «Можно попросить Нину?» и Ольги Берггольц «Картошка». «Волжская правда» на показе.
Необычное сочетание рассказа писателя-фантаста и поэтессы блокадного Ленинграда удивило. Еще больше удивил коллектив, реализовавший эту непростую задачу — образцовый театр мод «VolzhSKY models», и его создатель, режиссёр и душа – Алеся Фоломеева в коллаборации со своей дочерью Яной, которая представила на сцене три свои новые коллекции.
Звонок сквозь 30 лет
Рассказ Кира Булычёва повествует о странном телефонном разговоре, который произошёл в 1972 году в Москве. Мужчина средних лет, пытаясь дозвониться поздним вечером своей подруге Нине и попросить прощение, случайно попадает не туда, и завязывает разговор с 13-летней девочкой-подростком, тоже Ниной, которая осталась дома одна и скучала.
За неспешным общением собеседники вдруг начинают ловить друг друга на архитектурных и временных нестыковках, и в конце концов осознают, что разделены 30-летним временным барьером: 1972-1942…
Телефонных собеседников играли модели театра мод, не привычные к классической драматургии, но уже засветившиеся в ряде броских перфомансов по мотивам классической литературы. Интересным приёмом стала смена актёров. Юную Нину озвучивали то одна, то другая, то третья девушка, вступая в диалоги с собеседниками, стоявшими напротив. Таких пар на сцене могло быть три и больше…
И лишь в моменты крещендо говорящих оставалось только двое, а все остальные превращались в движущийся фон, подобный живой материи времени.
Понимая, что ребёнок на том конце провода голоден и напуган так же, как и он сам в том страшном 42-м, мужчина старается успокоить девочку, рассказывая о предстоящей Победе и жалкой участи Гитлера… Он как будто бы рассказывает это себе, двенадцатилетнему.
«Когда ограбили почтальона бабушку возили в КГБ…»
Вдруг сцена наполняется гомоном голосов… И девчонками в платьях из новой ретро-коллекции. Это – рынок у «Булочной», где в 42-м «стакан отрубей меняли на полбанки капусты». Помните, у Берггольц?
«…На хлеб даже две стограммовых картошки
У этой дружинницы выменять можно.
Старик предлагает ей чайные ложки,
Однако старанья его безнадежны…»
Стихи поэтессы-блокадницы звучат как летопись, соединяя прошлое с настоящим.
И вдруг, в рыночном мельтешении начинают выделяться девчонки, рассказывающие по 5-6 предложений о судьбе своих бабушек и дедушек — «детей войны. Выживших в том, 42-м. Четыре настоящие истории с фамилиями звучат под метроном…
— Показавшаяся тёмная туча оказалась фашистскими бомбардировщиками, — рассказывает Мария Шевченко о своей бабушке. — А потом был пожар и чёрный дым. Отец и братья обороняли Сталинград. Нина рыла окопы со своими ровесниками, а став чуть постарше ушла работать на почту. Когда ограбили почтальона, бабушку долго допрашивали и возили в КГБ, но как несовершеннолетнюю отпустили. Был голод. Был холод. Особенно тяжёлыми были зимы. Ходили в пойму, выкапывали корешки. Перетирали в муку и пекли лепёшки. Ловили рыбу… В Средней Ахтубе было много немецких военнопленных. Еду можно было поменять на одежду. Из старой немецкой шинели бабушке перешили пальто. А ботинки немецких солдат, хоть и были большими, но грели… Нина Душкова выжила…
Хлебная карточка и новая коллекция
После рыночного вкрапления сюжет продолжается…
Главный герой отчаянно хочет помочь юной Нине… Вспоминая о потерявшейся у него тогда хлебной карточке, он успевает подсказать девочке, где её можно попробовать найти…
Но связь неожиданно налаживается и на том конце провода неожиданно оказывается его подруга, а девочка исчезает…
В его голове как будто что-то обрывается, и он сворачивает разговор, желая помочь той, которая за несколько ночных часов стала для него чем-то очень важным…
Новая ярко синяя коллекция, сменившая ретро на будущее, спокойная и чувственная авторская хореография как будто вернули зрителя в современную Москву, в которой уже нет войны, хлебных карточек и страха.
И он начинает поиски. Вначале – старая телефонная книга, затем – адресный стол, улицы и этажи… И – находит.
Но не её. А письмо, которое она оставила для него у соседки, не веря, что он когда-нибудь придёт…
«Дорогой Вадим Николаевич! – пишет Нина. — Я, конечно, знаю, что вы не придете. Да и как можно верить детским мечтам, которые и себе самой уже кажутся только мечтами. Но ведь хлебная карточка была в том самом подвале, о котором вы успели мне сказать…»
Мнение
— Это — тема войны, рассказанная без пафоса, по-домашнему, на простом языке, — поделилась с нами Алеся Фоломеева. – Тема, которая касается всех. Ведь, если мы с вами дожили до 2026 года, значит тогда, в 42-м кто-то выжил… Кому-то эта карточка помогла… Идею поставить рассказ Булычёва подсказал мне муж, скинув чуть больше года назад ссылку на этот не особо известный рассказ. И я очень захотела его поставить. Поначалу это выглядело как телеспектакль, или даже художественное чтение по ролям. Потом мы начали его расширять, добавили хореографию, реальные истории. И в мае прошлого года выступили с ним в Екатеринбурге на конкурсе «Уральская звезда», где заняли I место и получили спецприз за лучшую актёрскую игру. Наверное, пришло время нам реструктуризироваться. Потому что сейчас от театра мод у нас остались лишь сценические коллекции и декорации. Так что вскоре в нашем городе появиться еще один драматический театр. Мы уже сейчас работаем над сложным спектаклем о стезе актёра, и о том, как можно умереть на сцене, не найдя себя. Продолжим обязательно «Сон императрицы», «трейлер» по которому многие уже видели. Там появится и Елизавета, и Пётр III, и даже маленький Павел…
Опрос
— Очень трогательный спектакль, навевает воспоминания и светлую память, которую несёт всё то время, — поделился с нами один из исполнителей роли Вадима — 27-летний Игорь Шевченко. – Я предварительно прослушал аудиоспектакль, чтобы понимать, о чём идёт речь, и понял, что это безумно интересная вещь, проходящая сквозь года…
— С Киром Булычёвым я знакома по циклу книг об Алисе Селезнёвой, — рассказала нам 17-летняя Анастасия Сидоренко, одна из исполнительниц роли Нины. – Но это – совсем другое… Это межвременное расстояние… Оно делает непонятным практически половину спектакля, зрители ждут разъяснения… Это интригует, и делает кульминацию еще более пронзительной…
— В этом спектакле у нас получилось соединить несоединимое – моду и войну, — говорит 17-летняя Мария Шевченко. – Мы рассказываем о прошлом на языке более понятном современной молодёжи. Адаптированном, что ли… Чтобы им было интересно… Поначалу всем нам было очень сложно. Произведение – непростое, оно заставляет задуматься… Сейчас мы уже все им прониклись, и стало гораздо легче…
— Я выросла на фантастике, меня приучил к этому папа, — поделилась с нами 14-летняя модельер и дизайнер Яна Фоломеева. – Но этот рассказ я прочла недавно… и он меня поразил. Я с любопытством наблюдала как спектакль обрастает новыми сценами и становится всё более пронзительным. Я разрабатывала для него коллекции одежды, и сама расписывала костюмы. И чёрные лонгсливы со штанами, и синие платья, которые появляются в кульминации. На них мы изображали образы, которые тесно связаны с самим сюжетом спектакля, дают какие-то отсылки к нему и даже посвящают в сюжет.
Читайте «Волжскую правду», где вам удобно: Новости, Одноклассники, ВКонтакте, Telegram, Дзен. Есть тема для новости? Присылайте информацию на почту vlzpravda@mail.ru
