Вступивший в Волгоградской области 1 сентября 2025 года в силу закон, касающийся обращения с животными, по-прежнему активно обсуждается в интернете. Зоозащитники говорят о его негуманности, а разработчики и исполнители придерживаются противоположных взглядов.
При разбирательстве региональный суд принял сторону вторых. После обращения группы активистов в редакцию «ВП» мы решили дать возможность высказаться на наших страницах всем заинтересованным в разрешении этого конфликта.
Анастасия Григорьева, зоозащитница, юрист, общественный инспектор в области обращения с животными:
– Мы считаем, что Закон Волгоградской областной Думы № 72-ОД, который вступил в силу с 1 сентября 2025 года, необходимо доработать. В частности, те пункты, которые связаны с умерщвлением. Основанием для этого шага являются признание животных больными, проявление ими немотивированной агрессии, укус или оцарапывание.
Вообще для того чтобы признать животное больным (впрочем, как и человека), нужно провести диагностику. Она должна определить, что шансы на то, что животное выживет, малы. Тогда рациональнее и гуманнее его усыпить, чтобы оно не мучилось.
Согласно Закону № 72-ОД это делается по заключению главного ветеринарного врача организации, которая занимается отловом безнадзорных животных. То есть это не сторонняя организация – ветклиника, имеющая необходимый диагностический материал и оборудование, которая должна была бы этим заниматься.
Второй пункт – немотивированная агрессия. Это определяется комиссией, куда входит всё тот же главный ветврач организации по отлову и её сотрудники. Этот факт противоречит 498 ФЗ «Об ответственном обращении с животными», где в статье 18 говорится о том, что определить немотивированную агрессию может только дипломированный специалист – кинолог, который и должен давать заключение.
Ветврач и кинолог – это не одно и то же. В системе волгоградского отлова нет такого специалиста. К тому же включение в состав комиссии по определению немотивированной агрессии только сотрудников организации, осуществляющей отлов, прямо противоречит ФЗ «О противодействии коррупции». В его 10-й статье есть определение конфликта интересов – это ситуация, где есть личная заинтересованность должностного лица, которая влияет на надлежащее, объективное и беспристрастное исполнение должностных обязанностей.
То есть директор ПВС (главный ветврач) и его сотрудники находятся в прямой материальной организационной зависимости. И значит, сотрудники ПВС, а у нас в Волгограде это МБУ «Северное», не могут обеспечить объективное проведение экспертизы. В их интересах, чтобы животные подвергались эвтаназии в большем количестве, чем следует из ситуации.
Также волонтёры считают, что животных сжигают заживо. На заседании Волгоградского областного суда, которое состоялось
25 февраля, представитель веткомитета предоставил суду официальные документы, в которых говорится, что с момента введения Закона № 72-ОД МБУ «Северное» официально кремировало 50 собак. А когда спросили, что за препарат вводили животным, то выяснилось, что это ксиланит. Это миорелаксант, он просто обездвиживает, по-
этому, когда животное кидают в печь, оно находится в сознании, всё чувствует, а значит, испытывает боль.
В суде на заседании все наши доводы, к сожалению, отвергли. Но радует, что это только первая инстанция. Принятое решение будет обжаловаться. К слову, подобная ситуация сегодня складывается в Астрахани и на Ставрополье.
Анастасия Левина, основатель и руководитель приюта для животных «Любимки»:
– Принятый закон меня беспокоит в том числе и по отношению к моим питомцам. Сейчас в моём приюте порядка 150 животных. С того места, где они сейчас все находятся, нас уже давно просят съехать, и эти просьбы звучат всё настойчивее. А новая территория, которую я приобрела на пожертвования, не так быстро обустраивается, как хотелось.
Если вдруг что-то случится, все мои собаки окажутся на улице, они попадут в отлов, а дальше их ждут мучения. Ведь если сегодня для «усыпления» используется ксиланит, значит, их, всех моих «любимок», будут сжигать заживо.
С этим препаратом я работала, когда выигрывала грант, в рамках которого мы отлавливали уличных животных, стерилизовали и выпускали обратно. Ксиланит их просто обездвиживал, причём даже не всех. А для того чтобы сделать операцию, мы добавляли другие препараты, вводящие их в наркоз.
Я не спорю, что есть агрессивные собаки, которые представляют угрозу для человека. Но степень и причина агрессии бывает разной. Возможно, животное били, и оно защищалось, потому и укусило. Если собака была долго голодная, а потом ей дали еду и захотели отобрать, она тоже станет проявлять агрессию.
Однажды я с улицы забирала кобеля овчарки. Он успел покусать и бабушек, и детей, в общем, много кого. Я месяц не могла
зайти к нему в вольер, потому что он кидался. А сейчас мы ездим с ним на уроки доброты, и он спокойно работает с детьми и позволяет им делать с собой практически всё. Он кидался на людей, потому что боялся, что ему сделают больно, ведь первый хозяин сильно его бил при тренировках и клещами сжимал лапы. А если бы это с ним случилось сейчас, он попал бы в отлов, и его через 10 дней умертвили бы.
И вообще, численность уличных собак уменьшается, причём начиная с 2017 года. Не так быстро, как это хотелось многим, но тем не менее ОСВВ дало свои плоды. Пару лет назад в нашем городе официально озвучивалась цифра в 3200 бездомных собак, а в минувшем году – уже 2400.
Я не ратую за то, что собаки должны жить на улицах и кусать людей. Но если у нас сейчас сложилась такая ситуация с бездомными животными, это не значит, что их всех надо в печь, и пусть они там горят. Ситуация всё равно от этого не изменится, потому что собаки нарожают новых щенков.
Марина Ханюкова, заслуженный ветеринарный врач РФ:
– Я сомневаюсь, что кто-то будет бросать в топку живое животное. Как это возможно? Некоторые зоозащитники не всегда компетентны, и, бывает, что выдают желаемое за действительное. Однажды в моей практике была спорная ситуация. Мне пришлось выступать экспертом и повторно оперировать собаку после того, как зоозащитники заявили, что она родила и кормила щенков, хотя у собаки была бирка на ухе. Оказалось, что она не могла быть беременной, потому что яичников у неё не было. Возможно, это конкуренция среди фирм, которые хотят заниматься отловом.
А что касается усыпления животных вообще, то мы на Волжской городской ветстанции никогда не усыпляли здоровых животных. Никогда. Мы усыпляли только тех, у которых были травмы, не совместимые с жизнью (падение с высоты, наезд автотранспорта). Усыпляли и тяжело больных кошек и собак, которые испытывали сильную боль, и им уже не помогали обезболивающие препараты. Чтобы прекратить мучения животных, проводили гуманную эвтаназию. Но всегда в подобных ситуациях решение принимает владелец.
А вообще, это очень тяжело как для владельца, так и для ветеринарного врача. Таким больным животным посмотришь в глаза, и тошно становится. В этом году мне пришлось усыпить безнадёжно больное животное, а оно мне потом снилось две недели.
Гуманная эвтаназия проводится в несколько этапов. Вначале животное вводят в глубокий наркоз, и только после этого вводят препарат, который вызывает остановку сердца.
А когда владельцы приводили здоровых животных и просили их усыпить, мы их отправляли ни с чем. Помню, как-то пришла женщина с пекинесом, которому было 1,8 лет. Шикарный пёсик был, а она требовала: усыпите, усыпите при мне! Я её просила оставить нам эту собаку, чтобы мы её могли пристроить. Клиентка отвечала: «Она жить без меня не сможет». А усыпить её она хотела, потому что та не была привита, а женщина переезжала в другой город, и надо было лететь на самолёте. В итоге женщина поддалась моим уговорам, и пекинеса мы пристроили.
К сожалению, не у всех владельцев есть ответственность за своих питомцев.
Алексей Саяпин, начальник отдела аналитической работы и информатизации комитета ветеринарии Волгоградской области:
– Комитет ветеринарии определяет методику, в которой чётко прописано, что умерщвление животного проводится гуманным методом ветеринарным специалистом, дипломированным. А то, что говорят, что для этого используется ксилазин (ксиланит), это фраза, вырванная из контекста.
На суде был представлен документ, затребованный в МБУ «Северное», – акт умерщвления животного, в котором, кроме ксилазита, указывался и другой препарат. Ксилазит вводится, чтобы животное уснуло, потом колется препарат, который вводит животное в наркоз, а затем вызывает остановку дыхания и сердечной деятельности. Дальше констатируется смерть животного, а потом труп уничтожается.
Препарат, который гарантирует гуманную смерть и разрешённый к использованию на территории РФ, выбирает компания по отлову. Под этим препаратом, кстати, проводится и стерилизация животных. Рекомендуемая доза вводит животного в наркоз, а её превышение вызывает остановку дыхания.
Собака умерщвляется не по прихоти МБУ «Северное», для этого должны быть основания – выписка из травмпункта. Пострадавшему человеку необходимо показать животное, которое его укусило, и подписать документ, что он это подтверждает. Только в данном случае следует крайняя мера. То есть случай должен быть зафиксирован в
медучреждении. А если туда никто не обращался, то убивать собаку никто не будет.
За полгода было умерщвлено 50 собак. И причина была одна – документально подтвержденное нападение на человека. А вообще, по статистике, в нашем регионе в минувшем году было зафиксировано порядка трёх тысяч нападений собак на людей. 50% из этих животных были уличными.
У нас есть обязательные профилактические визиты в компании, которые на территории региона занимаются отловом собак. В нынешнем году у комитета запланировано шесть таких визитов. В настоящее время с прокуратурой Волгоградской области мы проводим внеплановую проверку МБУ «Северное».
Кстати, последняя собака, которую зоозащитники пытались забрать из пункта временного содержания всеми правдами и неправдами, трижды нападала на взрослых людей и дважды на детей. Говорили, что пристроят. Но после того как они забирают собак, те опять оказываются на улице.
Во всём мире, за исключением Турции, Индии и России, все безнадзорные животные, которые попадают в приют, содержатся в нём максимум месяц. И если им не находится владелец, то они подлежат эвтаназии – без разницы, было нападение на человека или нет.
Как правило, собаки не нападают на мужчин. Они нападают на женщин, детей и стариков. И главная задача государства – обезопасить граждан. В Астрахани, например, в минувшем году умертвили более 1000 собак. Там все собаки, которые попадают в отлов, умерщвляются. Мы пошли более гуманным путём. У нас эвтаназии подлежит собака, совершившая нападение на человека. В Москве всех бездомных собак поместили в муниципальные приюты для животных. А у нас совсем иные бюджеты.
Читайте «Волжскую правду», где вам удобно: Новости, Одноклассники, ВКонтакте, Telegram, Дзен. Есть тема для новости? Присылайте информацию на почту vlzpravda@mail.ru
