Как удалось избежать разрушения Волжской ГЭС, рассказал первостроитель

10642
реклама

Нынешней весной свой 90-летний юбилей отпраздновал ветеран труда Анатолий Якутенко. Приехавший в наши места после окончания института, он проработал в Волгоградгидрострое 40 лет. Занимался подготовкой котлованов ГЭС и многих зданий города Волжского, а также участвовал в строительстве мемориального комплекса на главной высоте России – Мамаева кургана.

О том, какие ошибки допускались при возведении самого большого в Европе гидротехнического сооружения, как росла Родина-мать, и где в Волжском обнаружили склеп, Анатолий Александрович рассказал корреспонденту «Волжской правды«.

Полгода оккупации

Когда началась Великая Отечественная, маленький Толя вместе со своим старшим братом уже четыре года рос без родителей. Воспитанием мальчишек занимались дедушка с бабушкой по отцовский линии, в доме которых также жила родная тётка Анатолия и её шестеро детей.

Первостроитель Анатолий Александрович Якутенко

В один из дней бабушка Анна Андреевна, собрав постель, вывела весь свой внучатый полк вместе с 8-летним Анатолием на улицу, за огороды. Всю ночь они прятались в бурьяне, ожидая прихода фашистов. Но случилось это спустя месяц после начала войны, а сначала жители села Усмынь ныне Псковской области увидели отступающих красноармейцев. Изнурённые и потрёпанные, бойцы шли пешком, их единственный конь тянул пушку-сорокапятку, а потом все они растворились в густых лесах.

Спустя неделю в село вошли немцы. Колонна из 40 танков разъехалась по дворам, а личный состав устремился к озеру.

Вот такими Анатолий и Инна познакомились

– На колхозной ферме они набрали целую люльку кур, предварительно отрывая им головы, и повезли их на свою полевую кухню готовить, – вспоминает Анатолий Якутенко. – Они пробыли у нас дня три, зверств никаких не было, но после немцев нагрянули финны. Вот они уже относились к местному населению по-другому. Советско-финская война завершилась не так давно, поэтому непрошеные гости, узнав, что кто-то из селян в ней участвовал, забирали его семью и уводили в Велиж — городок, находящийся в 30 км от нашего села. Что было с ними дальше, неизвестно.

А ещё финны регулярно ходили по домам и приказывали показывать им подполья – искали, чем поживиться. Дело в том, что красноармейцы, отступая, вскрывали магазины и брали там для себя продукты, а остальное предлагали забрать местным жителям, чтобы не досталось фашистам. Юный Толик тогда еле приволок домой большую головку голландского сыра, и в его семье впервые попробовали этот деликатес. Сначала продукт даже не понравился, но бабушка придумала его жарить, и тогда дело пошло лучше.

В Волжском Анатолий Александрович с Инной Николаевной живут уже 66 лет

В оккупации усмынцы пробыли полгода, а в декабре 1941-го враг покинул село, и через него двигались только красноармейцы. О Победе мальчик узнал от бабушкиной знакомой – в один из майских дней 1945 года она прибежала к ним рано утром, плакала и ликовала одновременно, сдёргивала всех с кровати, целовала и говорила, что война закончилась.

Две ошибки главного начальника

Окончив школу на четвёрки и пятёрки, Анатолий Якутенко поступил в Московский институт инженеров водного хозяйства и в 1957 году попал по распределению в Волжский. К этому моменту он успел найти свою вторую половинку, красавицу Инну, и жениться на ней.

Букетно-конфетный период в разгаре

Инженеров-гидротехников на Великой стройке тогда не хватало, и молодого специалиста сразу взяли прорабом в Управление механизации строительных работ (УМСР), назначив оклад в 1250 рублей (размер в рублях до деноминации 1961 года).

Зоной ответственности Анатолия Якутенко были подготовка основания и фундамента для новостроек. Его бригада возводила сороудерживающее сооружение к зданию ГЭС, нижнеподходной судоходный канал (вдоль острова Зелёного), а также работала над аванпортом и делительной дамбой в верхнем бьефе.

Скоро здесь вырастет турбинный зал гидростанции

Здесь же, на ГЭС, Анатолию Александровичу пришлось исправлять ошибки, допущенные при её строительстве. На земляной плотине между водосливным сектором и шлюзами начал разрушаться дренаж. Вода перестала уходить в Волгу, как это предполагал проект, и стала затапливать участок, отсыпанный щебнем. Все это говорило об отклонениях в работе сооружения. В общем, в середине 1960-х бригаде Якутенко пришлось разбирать эту насыпь и восстанавливать обратный фильтр, чтобы не случилось катастрофы.

Вид на ГЭС

– В одной из книг Тамары Башлыковой говорилось, что начальника Сталинградгидростроя Александра Александрова называли человеком, не знающим поражений. Но это было как раз одно из них, – продолжает свой рассказа Анатолий Александрович. – При возведении земляной плотины нарушили технологию, и эта ошибка могла обернуться большой бедой. А вторым поражением, пусть и не таким масштабным, стала система перемещения рыбы с нижнего бьефа в верхний. Рыбоприёмник, представляющий собой клети с открывающимися и закрывающимися дверками, функционировал, и надо было, чтобы рыба шла не туда, где после сброса бурлила вода, а в него. Для этого установили рыбозаградители – конструкцию с возвышающимися над водой через 8–10 метров бычками, к которым крепились секции металлических сеток. На них подавались импульсы электротока низкого напряжения, и, чувствуя их, рыба должна была устремляться к рыбоподъёмнику. Но при пуске нескольких турбин все заградители по очереди упали. Рыба становилась стеной на этом участке и ждала. Рассказывали, что даже внутри самок икра начинала гнить.

Волжская гидроэлектростанция

В поисках драгоценностей

Кроме ГЭС, Анатолий Александрович участвовал в строительстве поливного коллектора в Верхнем Погромном, теплотрассы от ТЭЦ-1 до котельной у санэпидстанции. Его бригада рыла котлованы корпусов ГПЗ, готовила основание для очистных сооружений, строила шламонакопитель для ЗОСа…

В самом городе Анатолий Якутенко руководил подготовкой котлована для гостиницы возле вокзала, крытого рынка и для главного корпуса турбазы «Волжская», где также занимался общей планировкой. Во время ремонта стадиона имени Логинова обновлял откос под трибунами, делая новую насыпь.

Путевку в жизнь многим жилым высоткам, включая и «тысячник», в котором находится редакция «Волжской правды», тоже давал герой нашей статьи. Его же коллектив занимался котлованом для гостиницы «Ахтуба», вколачивая сваи на 21 метр. А ещё Якутенко делал планировку парка, который сегодня носит имя «Волжский». Во время этих работ строители обнаружили склеп.

– Погребальную постройку случайно вскрыл один из автоскреперов, – говорит волжский прораб. – Нас удивила форма кирпичей – они были не как современные, силикатные размером 12х24х9, а квадратные, красные, обожжённые. В дырке мы увидели гробы. И, пока мы думали, что делать дальше, пацаны, идущие с пляжа, стали туда «нырять». Они вытаскивали человеческие кости и даже череп, а затем уносили находки домой.

Нам дали распоряжение закрыть пролом, а наутро на этом месте народа образовалась целая «ярмарка»: милиция, чей-то экскаватор… Они уже откопали настоящий вход в склеп – оказалось, что там стояли большие гробы в четыре яруса, а наверху находился маленький, видимо, детский. Работами руководила главный архитектор Евгения Жорова. Гробы вскрывали, чтобы посмотреть, есть ли на усопших драгоценности. Удивительно, как они не боялись заразиться, ведь когда-то здесь свирепствовала холера. А потом все гробы задвинули обратно и завалили конструкцию грунтом.

Родина-мать большая и маленькая

Довелось Анатолию Якутенко поучаствовать и в возведении монумента Родины-матери. Когда он приехал со своей бригадой на главную высоту России, фигура из гипсовой опалубки уже была смонтирована в одно целое со строительными лесами. Эти блоки толщиной в 4 см отливались из гипса высокой марки в столице и доставлялись сюда.

К слову, у домика скульпторов находилась уменьшенная копия статуи, сделанная в масштабе 1:5, но даже размер этого прототипа поражал – высотой он был с трёхэтажный дом.

На главной высоте России Анатолий Якутенко устраивал экскурсии для всех своих родственников

В задачу волжанина входило заполнять опалубку бетоном, армированным стальными прутками. Когда он приступил к работам, стопы и часть голеней уже были вылиты.

– Люди трудились в три смены, нужно было бетонить по 50 см всю фигуру по периметру. И к начальной точке возвращаться не позднее, чем через 2 часа с новым бетоном для очередного круга, – подчёркивает наш земляк. – В противном случае приходилось останавливаться, делалась штроба, три дня промывали и зачищали стальными щётками поверхность. Если бы это не выполнялось, то скульптура была бы слоистая. Процесс практически всегда шёл непрерывно. Работали круглыми сутками и в выходные дни. Кстати, руки Родины-матери делали отдельно на земле и потом их крепили. Помню, стояла гипсовая оболочка одного из пальцев, так в неё запросто помещался человек. Я сам ходил внутри левой руки, как по тоннелю, и когда поднимал свои руки, то еле-еле доставал до верха.

Анатолий Якутенко с дочерью у своего дома

Родина-мать выросла за три месяца. После того как один ярус заливался, гипс скалывали. Самым трудным оказалось делать нижнюю часть юбки – необходимо было «провибрировать» бетон на каждом участке, чтобы не допустить брака. Вучетич, главный скульптор мемориального комплекса, часто бывал на стройке, наш земляк видел его достаточно близко, но общаться с автором знаменитого монумента не довелось.

Семья Якутенко

В «Волгоградгидрострое» Анатолий Якутенко проработал 40 лет. Потом трудился в других местах, и в 2009 году ушёл на заслуженный отдых.

Вместе с супругой они вырастили дочь, которая подарила им две внучки. Ну а сегодня чета Якутенко радуется, глядя на то, как растут их правнук и правнучки, младшей из которых всего пять лет.

Дружная семья часто собирается вместе, особенно по праздникам. Один из последних поводов — 66-летие совместной жизни Анатолия Александровича и Инны Николаевны. В марте 1957 года они поженились заочно, но это уже совсем другая история волжского первостроителя.

Олег Будков, первостроитель:

Олег Будков, первостроитель

– Анатолия Якутенко я узнал в 1959 году. Он был не похож на других инженерно-технических работников, потому что подвергал анализу проектные решения, производство работ, иногда высказывал критические замечания. Со стороны можно было подумать, что это очередное занудство. Но нет. Это называлось технической экспертизой проектов. Если бы его замечания учли при строительстве Мамаева кургана, то, возможно, объём работ по реставрации Родины-матери был бы уменьшен. Он очень внимательный, педантичный и исполнительный человек во всех случаях жизни.

Читайте «Волжскую правду», где вам удобно: Новости, Одноклассники, ВКонтакте, Telegram, Дзен. Есть тема для новости? Присылайте информацию на почту vlzpravda@mail.ru