О «чёрном разведении» слышали, наверное, многие. В таких местах производят щенков элитных пород и потом за «дорого» сбывают через интернет-сервисы для размещения объявлений. Эти заводчики не состоят в кинологических федерациях, не имеют зарегистрированного питомника и не оформляют свою деятельность. Животных спаривают без учёта генетики. И зачастую, для удешевления процесса, используют близких родственников (инбридинг). Это приводит к наследственным заболеваниям и генетическим уродствам. Животные часто живут в тесноте и антисанитарии, без должного питания, выгула и ветпомощи. И, как только питомец перестаёт быть «продуктивным», его выбрасывают на улицу…
Инструктор-реабилитолог и хозяйка домашнего приюта «Дом восходящего солнца» (Среднеахтубинский район) Наталья Хаммуд уже более пяти с половиной лет забирает из «черного разведения» Йорков.
— Собаки, которые служили инкубатором для производства щенков на продажу, выглядят старше своего биологического возраста, — комментирует Наталья Хаммуд. — Они истощены. Их здоровье подорвано. Зубы в отвратительном состоянии. Практически у всех бактериально-клещевой отит и огромный букет проблем…
Три года назад среди взятых Натальей из «чёрного разведения» питомцев был 7- месячный Йорк с очень красивой мордочкой и жуткой патологией…
— Собака-гермафродит с половыми органами и суки, и самца, — рассказывает наша собеседница. — При этом мужской рудимент торчит из вагины и все время травмируется, доставляя безумный дискомфорт собаке. Очень часто такой генетический дефект появляется при близкородственном скрещивании. Полгода я ждала, чтобы закончилось созревание всех органов и систем, и можно было начать исправлять результат человеческой жадности. Но, к сожалению, малыш не перенёс операцию…
Зато через некоторое время Наталья пристроила в Питере Йорка Тиму…
— Его привезли истощенным и с истериками перед каждым кормлением, — вспоминает Наталья. — Он сильно недоедал, и доступность еды казалась ему каким-то чудом, за которое всякий раз нужно было побороться. Ел он молниеносно, заглатывая воздух, с последующими проблемами пищеварения. Я покупала специальную миску для медленного приёма пищи. Но эмоциональные всплески по поводу еды до конца не прошли. Ему нужно было найти такую семью, которая бы приняла его со всеми его особенностями, и окружила бы его спокойствием и любовью. И такая семья нашлась.
В этом году, в конце октября Наталья забрала очередную партию йоркширских терьеров…
— Многие волонтёры считают, что спасать породистых собак очень просто, — продолжает наша собеседница, держа на руках истощённую Анжелу. — Их же всегда разберут, они же такие мимимишные… Посмотрите на неё! Её физиологическое состояние и состояние её шерсти вызывает только слёзы. Под моей левой рукой огромный колтун. Она — вонючая и вся в экскрементах!.. Чтобы отвезти её в клинику и чуть облегчить состояние, я отвезла её грумеру. Мы остригали шерсть под ноль… Это не про красоту. Это про выживание. Собака трое суток отказывалась от еды. Она не пьёт. Она 24 часа в сутки спит, свернувшись калачиком, и никак не реагирует на окружающую среду.
Реабилитолог осматривает и ощупывает животное:
— Здесь просто «Освенцим»… У неё торчат рёбра и торчит позвоночник… Люди не задумываются и, видимо, не просят разведенцев показать родителей тех очаровательных щенков, которых они покупают… После стрижки это был почти скелет. Кормили собаку, видимо, очень редко. На фоне голода развилось сильное воспаление кишечника и синдром мальабсорбции. Это когда организм берет белки из своих же тканей и крови, а белки пищи уже не усваиваются…
На момент поступления дёсны собаки были белые, и она вообще не держала голову…
— Её принудительное кормление стало невозможным, продолжает реабилитолог. — Сильно упала красная часть крови, потребовалось переливание. С назначенным лечением организм Анжелы не справлялся, и я отвезла собаку в стационар. Суточный счёт пребывания Анжелы в стационаре составил 26 000 рублей. Но уже после 8 часов лечения собака самостоятельно села и начала держать голову. Донорами крови для неё стали другие мои питомцы из приюта. Сейчас их у меня 64…
И это – лишь одно из семи. В том же стационаре сейчас лежит бедная Йока и еще пятеро йорков.
— Я уверена, что людей, несущих животным зло, гораздо меньше, чем нас с вами, — с надеждой обращается к читателям Наталья Хаммуд. – У меня нет команды помощников… У меня нет команды спонсоров. А у этих рожавших и истощенных детей нет никого, кроме меня. И, если вы читаете это материал, значит вам не всё равно. И вы не откажете мне в помощи…
Помочь Наталье можно по реквизитам приюта: тел. 8 988 059 55 74 привязан к карте Сбер. (Наталья Анатольевна Х.)
Читайте «Волжскую правду», где вам удобно: Новости, Одноклассники, ВКонтакте, Telegram, Дзен. Есть тема для новости? Присылайте информацию на почту vlzpravda@mail.ru
