Полицейский околоточный надзиратель

0
747

Околоточный надзиратель (околоточный) — в Российской империи чиновник городской полиции, ведавший околотком (на конец XIX века 3-4 тысячи жителей), минимальной частью полицейского участка. Термин «околоточный надзиратель» возник в 1862 г. с принятием Временных правил об устройстве полиции в городах и уездах губерний.

Околоточный надзиратель был непосредственно подчинён участковому приставу. Функции околоточного надзирателя можно сравнить с теми, который выполняет нынешний участковый инспектор полиции. Вот только положение околоточного было не совсем обычным. Он считался хотя и маленьким, но начальником. Однако в то же время не обладал почти никакими привилегиями. Очень интересный пример о служебной деятельности околоточного надзирателя приводит в своей книге «Чины российской полиции (1718-1917 гг.)», изданной при содействии начальника ГУ МВД России по Волгоградской области генерал-лейтенанта полиции А.Н. Кравченко, кандидат исторических наук Валентин Ростовский: «Через базарную площадь идёт полицейский надзиратель Очумелов в новой шинели и с узелком в руке. За ним шагает рыжий городовой с решетом, доверху наполненным конфискованным крыжовником. Кругом тишина…» Так начинается хрестоматийный рассказ А.П. Чехова «Хамелеон», главным героем которого стал один из представителей мелкого чиновного люда пра­воохранительной системы Российской Империи — поли­цейский надзиратель.

О невысоком служебном положении чеховского персо­нажа в ходе рассказа свиде­тельствует его трепет перед сильными мира сего и, в то же время, желание показать свою, пусть небольшую, но всё же власть над обывателями. Действительно, полицейский, занимавший эту должность, стоял на самой низкой сту­пени служебной лестницы младшего начальствующего состава. Вместе с тем, обла­датель занимаемой должности сохранял все преимуще­ства офицерско-чиновничьего корпуса, даже не принад­лежа к дворянскому сословию, что свидетельствовало о значимости этого звена в цепочке правоохранительной системы прежних лет. Для придания большего веса этой категории служащих в глазах окружающих и подчинён­ных «Инструкция околоточным надзирателям» 1867 г. в одном из примечаний прямо указывала, что «…околоточ­ные надзиратели, находясь в этой должности, пользуют­ся правами XIV класса, хотя бы и не имели ещё классного чина». Они же становились первыми кандидатами на его получение. Так согласно данным «Адреса — календаря Саратовской губернии на 1902 г.» полицейским надзи­рателем Уральско-Волжского металлургического завода близ Царицына (ныне завод «Красный Октябрь» города Волгограда) был нижний чин — Г.К. Яржемский. На следующий год в та­ком же справочном издании полицейский надзиратель Г.К. Яржемский уже представлен как коллежский реги­стратор — чиновник XIV-го класса.

Положение государ­ственного служащего в Российской империи строго регламентировалось. Даже самый низший чин (XIV класс по Табели о рангах) давал его обладателю право, чтобы к нему обращались «ваше бла­городие». Околоточный над­зиратель, состоя на службе, пользовался правами как раз чиновника XIV класса — кол­лежского регистратора. Но классного чина при этом не имел. Хотя в его ведении была немалая территория, на которой он был полным хозяином.

Околоток — это район го­рода с населением 3-4 тысячи человек Вот над ним и начальствовал околоточный надзиратель, имея в подчи­нении городовых (рядовых полицейских) и дворников, которые в то время выполня­ли и полицейские функции. В свою очередь, околоточный подчинялся участковому при­ставу. Вот те уже были полно­правными классными чинами — согласно Табели о рангах, участковый пристав москов­ской полиции относился к VII классу, что делало его равным армейскому подполковнику.

Околоточный был главным и единственным передаточ­ным звеном между государ­ственной машиной и теми, кто проживал на обслуживаемой им территории. «В случаях, когда полиции для исполне­ния возложенных на нее зако­нами обязанностей, — гласила инструкция, — необходимо входить в непосредственные личные сношения с обывателями по месту их жительства, сношения эти делаются через околоточных надзирателей». Фраза в переводе с бюрократического языка на обычный означала, что любая казенная бумага (например, судебная повестка), направленная в адрес жителя города, вручалась лично околоточным надзирателем.

Но главная обязанность за­ключалась в строгом надзоре за тем, чтобы все, кто прожива­ет в околотке, неукоснительно соблюдали правила и поста­новления «относительно об­щественного благоустройства и благочинии».

«Инструкция околоточным надзирателям Московской столичной полиции» пред­ставляла собой книгу в 300 с лишком страниц, на которых убористым шрифтом были изложены все предписания властей Первопрестольной. Одни только обязанности околоточного «по наблюде­нию за наружным порядком» насчитывали 15 пунктов. Да еще девять «по надзору за на­родонаселением». И все они предписывали «досконально знать» о происходящем в око­лотке — от затеваемого в до­мах ремонта (только с разре­шения властей!) до появления незарегистрированных жиль­цов или женщин, тайно зани­мающихся сводничеством.

Полицейский околоточный надзиратель обязан был присутствовать при всяком собрании народа на улицах и площадях, наблюдать за порядком во время многолюдных меро­приятий и прекращать уличные беспорядки, шум, драку и разгул. Он же обязан был употребить власть, если нуж­но было «входить в непосредственные личные отноше­ния с обывателями по месту их жительства», усмирять шумящих, пьяных, нищих и попрошаек, пристающих к прохожим, прекращать площадную ругань в обществен­ных местах. В его обязанности входило наблюдение за тем, чтобы питейные заведения и другие публичные ме­ста открывались в установленное время. Полицейский надзиратель должен был не допустить, чтобы извоз­чики и торгующие с ларей, лотков и лавок причиняли беспокойство покупателям назойливыми обращениями с предложением своих услуг. В случае пожара ему сле­довало распоряжаться оцеплением горящего объекта городовыми и предупреждать их о том, чтобы они стерегли вынесенное имущество от расхитителей. Получив известие о происшествии, беспорядке или несчастном случае, полицейский надзиратель обязан был тотчас же явиться на место происшествия и принять меры к вос­становлению порядка и спокойствия, задержать вино­вных и оказать помощь потерпевшим.

В своей книге «Чины российской полиции (1718-1917)» её автор Валентин Ростовский приводит пример – описание служебной деятельности околоточного надзирателя, которая была ярко отражена в работе художника В.Е.Маковского «Крах банка (1881 г.)» на живописном полотне всё помещение банка заполнено разорёнными и возмущёнными вкладчиками, но центр композиции сфокусирован на фигуре полицейского надзирателя, призванного до прибытия высокого начальства строго следить за порядком, не допуская попрания установленных норм. И если стоящий рядом полицейский – городовой пытается увещевать пострадавших, то околоточный, несокрушимый как скала, строго и со значением взирает на взволнованную толпу, не реагируя на крики и протесты в свой адрес. 

Особые обязанности надзирателей «по внутреннему надзору за народонаселением» требовали от них знать каждого проживающего на вверенной территории. Не­обходимо было к тому же обладать сведениями обо всех управляющих домами, дворниках, швейцарах, содержате­лях гостиниц, постоялых домов, хозяев артелей рабочих и прочих объектах наблюдения. Требования к полицей­скому чину предполагали оказание полного содействия сотрудникам сыскной полиции, которой околоточные надзиратели «должны служить местными и самыми на­дёжными пособниками при проведении розысков».

Ещё более обширная и регламентированная ин­струкция появилась в 1897 г. в связи с ростом революци­онного движения. Этот документ гласил: «Полицейские надзиратели учреждены при Охранном отделении для нижеследующих целей:

1. Для наблюдения за лицами, отданными за поли­тическую неблагонадёжность под надзор полиции.

2.  Для выяснения лиц, возбуждающих сомнения в отношении своей политической благонадёжности в пра­вительственных лицах и учреждениях.

3.  Для бдительного надзора за поведением уча­щейся молодёжи, как высших, так и средних учебных заведений.

4.  Для наблюдений за фабричным и заводским на­селением…»

Полицейский надзиратель, как лицо наиболее осве­домлённое обо всех проживающих на его территории, был одним из участников и процедуры задержания по­дозреваемых в совершении преступления

Вызывать к себе на квар­тиру или в участок нужных по делу лиц околоточному не разрешалось. Приходилось самому бегать по разным адресам и оформлять бумаги на месте. Околоточный был прикован инструкцией к сво­ей территории, как каторжник целью к тачке: покидать ее он мог только с разрешения при­става. Каждый раз, выходя из квартиры, околоточный был обязан сообщать ближайше­му городовому, куда направ­ляется, чтобы в случае не­обходимости его удалось бы легко отыскать. Даже жениться околоточ­ные надзиратели, как и горо­довые, могли только с разре­шения градоначальника.

Пристальное внимание уделялось рабочим и молодёжи в крупных промышленных центрах. В Царицыне для этой цели при Уездном полицейском управлении учреждается должность полицейского надзирателя металлургического завода «Урал-Волга» (ныне завод «Красный Октябрь» города Волгограда). В 1900 году её занимал коллежский регистратор (по «Табели о рангах» — чиновник XIV класса) А.С. Богаевский. В начале XX века околоточ­ный получал 650-800 рублей в год. Это в два раза больше, чем обычный городовой. Так­же околоточным выдавали 25 рублей в год на пошив обмун­дирования, плюс оплачивали наем квартиры. Также выделя­лась некоторая сумма на при­обретение личного оружия. Здесь не учитываются «благодарности», которые преподносили жители околотка.

Форма околоточным полагалась, «как у классных чинов», а к ней — «шашка драгунского образца с черным кавалерийским темляком не черной юфтевой портупее» и револьвер «Смит и Вессон» на оранжевом шнуре. Зимой они носили светло-серое формен­ное двубортное пальто.

Форма больше походила на офицерскую, чем на мун­дир обычного городового. Возможно, поэтому некото­рые околоточные надзира­тели, как свидетельствовали современники, пытались ще­голять в неположенных им офицерских погонах. Началь­ству время от времени прихо­дилось вразумлять нарушите­лей устава.

Кого же брали в околоточ­ные надзиратели? Учитывая, что для конкретной работы с населением был необходим определённый жизненный опыт, полицейское начальство в околоточные надзиратели определяло преимущественно средних лет или старше. Кандидату на эту должность полагалось быть «благообразной наруж­ности, крепкого телосложе­ния и беспорочного поведе­ния». Он должен быть старше 20 лет и знать грамоту. Надзиратели носили, как правило, бороды усы и бакенбарды, что придавало им солидности. Мундир полицейского надзирателя всегда был украшен медалями. Среди них обычно выделялись шейные золотые или серебряные медали «За усердие» — высшие награды для нижних чинов российской поли­ции, выдававшиеся за безупречную службу или выслугу лет. Непременным атрибутом околоточного был свисток на металлической цепочке. Погоны и ворот мундира по­лицейского отличал серебряный галун и шевроны за многолетнюю службу. Обходя свой участок в ненастную погоду, он, в отличие от военных, имел право надевать галоши. Задники галош имели специальные прорези для шпор, окованные медными пластинками.

Должностная инструкция этим чинам полиции под­чёркивала необычность их миссии. Здесь указывалось, что ввиду особой важности и сложности обязанностей  полицейский надзиратель, находясь на службе, должен быть всегда бдителен, строго и точно исполнять настоящую инструкцию, а так же «стараться, чтобы по возможности никто и ничто в районе, ему вверенном, не ускользало от его внимания». 

Готови­ли околоточных в специаль­ных школах, где их обучали основам законодательства Российской империи и специ­альным навыкам. Перечень последних включал в себя даже основы родовспоможе­ния в неотложных случаях.

Сама должность полицейского околоточного надзирателя была ликвидирована 11 марта 1917 г. 

Обязанности полицейского надзирателя в современных условиях можно сравнить с деятельностью участковых уполномоченных российской полиции. 
Автор этой статьи с 1990 по 1994 год служил участковым инспектором милиции Волжского УВД Волгоградской области.  Изучая исторические материалы при подготовке данного материала, я отметил, что сложность выполнения обязанностей полицейского околоточного надзирателя в прошлом XX веке и сегодняшнего участкового уполномоченного, по психологическим и физическим нагрузках мало чем отличаются. В одном из интервью Министр Внутренних дел РСФСР (1990-1991 гг.) Виктор Павлович Баранников, вспоминая начало своей милицейской карьеры участковым инспектором сказал, что это было самое интересное время его милицейской службы. Я разделяю его мнение и скажу, что для меня это тоже было светлое, интересное и очень веселое время, и не потому что тогда я был моложе, а просто служба интересная. Очень хорошо по этому поводу сказал ветеран уголовного розыска УВД города Волжского майор милиции в отставке Валентин Иванович Черников: «Тот, кто успешно поработал несколько лет участковым инспектором милиции, может свободно работать в уголовном розыске, дознании и следствии».  

Николай Варавин, историк, ветеран МВД РФ и боевых действий, член Союза писателей города Волжского Волгоградской области

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here