Волжский бомж Клавдия Петровна

0
416
реклама

Около дома 35 по улице Горького среди тряпья и пищевых отходов уже третий месяц сидит женщина. В руке у неё пластиковый стаканчик, куда ей скидывают мелочь и периодически подливают спиртное. Возможно, именно оно не даёт ей окоченеть на открытом воздухе, под ночным, уже холодным небом.

Жизнь вольная, цыганская…

Немудрёный рассказ о себе Клавдия Петровна Кладиева начинает почему-то с описания адюльтера: «Познакомила мужа со своей подружкой. Она моложе меня и ему понравилась. Вот он меня выгнал и сейчас живёт с ней».

Клавдии Петровне 67 лет, родом она из посёлка Маяк Октября Ленинского района. Там в 16 лет выскочила замуж, родив в законном браке семерых мальчишек.

Я расспрашиваю её, сидя на корточках, и спустя время до меня долетает характерное амбре — смесь слабого перегара и запаха немытого тела. Докопаться до сути сложно. Многодетная мать, похоже, слегка и, иногда, сильно привирает, а что-то потеряла в закоулках своей проспиртованной памяти окончательно.

«Как тебе объяснить вкратце?» — задумчиво произносит героиня после моего очередного вопроса и замолкает. По её словам, сидит она около бывшей общаги на Горького недели две с половиной, хотя на самом деле — почти три месяца. Об этом нам поведала позвонившая в редакцию жительница дома.

Транзит Быково — Волжский

В наш город Клавдия Петровна попала из Быковского района. «Знаешь место, где баранов выращивают?» — пытается втолковать она мне, куда её занесло после Маяка Октября. «Вот там жила, — скупо докладывает Клавдия Петровна, добавляя, — а в Волжский сама приехала. Нравится мне здесь и всё».

Жильцы «проклятого дома» — эта растяжка украсила фасад несколько лет назад, и похоже не грешит против истины — бабушку не обижают. Есть даже некий Коля с чёрной собачкой, который Клавдии Петровне помогает.

Детям мать не особо нужна. Двое сыновей, Виталий и Андрей, погибли. Остальные давно выросли, завели свои семьи, нарожали ей внуков. Почему не заберут её к себе — вопрос открытый. Мать-алкоголичка способна превратить в ад жизнь любой нормальной семьи, и нести такой крест не каждому под силу.

Примерно год назад у Клавдии Петровны заболел палец, началась гангрена и ступню ампутировали. Приезжала полиция, предлагая оформить в дом инвалидов. Она отказалась.

Место жительства — теплотрасса

О том, что Клавдия Петровна три года назад грелась возле теплотрассы, мне сообщила продавец близлежащего магазина «Фасоль».

Тогда бездомная была при обеих ногах, не боялась зимы и имела, пусть и весьма условную, но крышу над головой. Но как-то раз пристанище замуровали, и местные жители потеряли старушку из вида.

Во двор Горького, 35 она вернулась уже без ступни этим летом, и не покидает насиженное место, не поддаваясь на уговоры полицейских и медиков.

бомж на Горького не МК

Однажды, правда, бабушку-маргинала увезли таки в какой-то приют, но она, по словам продаца, «приползла обратно». Горячий чай-кофе Клавдия Петровна отвергает, прямо говоря жалельщикам, что предпочитает напитки покрепче.

На мой вопрос «Вы выпиваете?» женщина без смущения отвечает: «Если по-честному, да, а что скрывать? Выпью и тепло. И разговаривать и жить охота».

Куда пристроить пьющую старушку?

Звоню в психоневрологический интернат на Набережной, где мне объясняют, что с асоциальными элементами не работают. Сюда попадают строго по путёвке, оформленной через Центр социальной защиты населения. Если человек признан недееспособным, за него хлопочет опекун, а средства за пребывание в стационаре вычитают с пенсии.

Кроме того, путёвку в это медучреждение ждут долго, месяцами, а то и годами. Мне советуют позвонить на Зелёный, ул. Зелёная, 5, где находится отделение ночного пребывания.

В отделении бездомным обещан ночлег с отдельным койко — местом, комплект постельных принадлежностей и предметы личной гигиены.

Зачисленные на социальное обслуживание получают временную регистрацию по адресу отделения и организованный досуг — книги, газеты, телевизор.

Здесь даже готовы посодействовать в оформлении документов, удостоверяющих личность или иных важных юридических бумаг.

Но вот беда — в отделение ночного пребывания не принимают женщин.

Вызвать полицию или скорую?

Звоню 112, разговариваю с оператором, обрисовывая ситуацию. Следует несколько уточняющих вопросов — нахожусь ли я рядом, в каком состоянии женщина, трезва она или пьяна, как её зовут, сколько она уже сидит во дворе — и, последний «Вызываем скорую или полицию?» Решаем, что всё-таки скорую. Меня просят назвать свои имя, фамилию, отчество и наконец, слышу: «Ваше обращение принято. Передаём».

Минуты через две трезвонит редакционный телефон. На другом конце провода старший врач Мария Морозова. Разговаривает с едва проступающей ноткой недовольства. Да, о существовании Клавдии Петровны они знают, бригады к ней выезжали не один, не два и даже не три раза. Кладиева от осмотра отказывается. Сегодня к ней отправилась 18-ая бригада и получила очередное «нет».

«Как мы можем на неё повлиять? Она отказывается, а насильно её заталкивать в машину мы не имеем права. Мы не в силах с ней рядом постоянно находиться. Мы не раз выезжали. И ночью и днем. Может, вам в полицию обратиться?»

Примут без паспорта, но со справками

Дозваниваюсь до Волгограда, где на ул. Бородинская, 18 расположено отделение круглосуточного пребывания для лиц без определенного места жительства и занятий под чУдным названием «Милосердие».

Среди этого тряпья и пищевых остатков живёт Клавдия Петровна

В этом богоугодном заведении, в отличие от Волжского, нет дискриминации бомжей по гендерному признаку. Сюда везут мужчин и женщин со всей Волгоградской области. Паспорт не требуется, но нужны медицинские справки — результат флюорографии и анализ крови на вич, сифилис, гепатит.

И, в принципе, Клавдия Петровна смогла бы обзавестись такими справками, если бы не отталкивала сотрудников волжской неотложки.

«Обращайтесь в соцзащиту Волжского», — рекомендуют мне в волгоградском странноприимном доме.

Все социальные услуги, как нам объяснили в соцзащите, предоставляются с согласия гражданина и по его личному заявлению. Обязательно медицинское освидетельствование и анализы.

По слухам, несколько лет назад какой-то благотворительный фонд пытался вернуть Клавдию Петровну в социум. Ей сняли квартиру, восстановили документы, но благой порыв не увенчался успехом.

У женщины начались необратимые изменения психики — этим летом она дефилировала по улице в чем мать родила.

Безпризорную бабушку хорошо знают сотрудники ГБУ СО «Волжский центр социального обслуживания населения». Эта организация работала с ней зимой, когда она лежала в больнице.

Ей предлагали комплекс услуг, но она в который раз не согласилась.

Выход единственный — направить Клавдию Петровну на эспертизу, признать недееспособной и назначить опекуна, который займется её определением в тот же психоневрологический интернат.

Как признаётся главный специалист Центра соцзащиты населения г. Волжского Елена Плюскова, процедура предстоит непростая и затяжная.

Так кто же отзовётся первым и заберёт к себе брошенную посреди городского двора женщину — Бог, социальные службы, сердобольные люди или её собственные дети?

Цифры

По неофициальным данным сейчас в России от 3 млн до 5 млн бездомных. Росстат считает, что в эту категорию можно отнести не более 65 тыс. российских граждан, но с принципиальной оговоркой.

При переписи населения бездомными считаются лица без определенного места жительства, которые ночуют на улице, в подъездах или других случайных местах и носят свои пожитки с собой.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here