В своей футбольной жизни Николаю Сидоренко довелось поиграть за николаевский «Судостроитель», черниговскую «Десну», владимирское «Торпедо» и ашхабадский «Строитель». В 1976 году его признали лучшим спортсменом Волжского. А еще он – дипломированный кузнец, механик-водитель танка, отец, дед и прадед. В этом году легендарному вратарю исполнилось 80 лет, и он поделился с «Волжской правдой» интересными моментами своей биографии.
«Дак ты ж молотка не подымешь!..»
Николай Сидоренко родом из небольшого городка Корюковка в Черниговской области. Того самого, в котором в марте 43-го отряды СС и солдаты венгерской 105-й дивизии устроили одну из самых масштабных карательных акций Второй мировой. Расстреляв порядка 7000 жителей и спалив дотла заваленные телами дома…
Родился он в 1946-м. В голодное и бандитское послевоенное время. Родился слабеньким, всего-то — на кило семьсот. Таким и рос: худым, да маленьким. Мать в девичестве угоняли в Германию. Так что отца у них с братом не было…
— Гнобили нас всю дорогу, байстрюками дразнили, а мамку — проституткой немецкой…- вздыхает Николай Викторович. – Я тогда в школу ходил с молотком или топором. Потому что проходу не было… И мечтал о Николаевском суворовском училище. Только не взяли меня! Уж, больно мелким был в свои 14. А отбор туда строгий! Иду, помню, тогда по улице, слёзы текут, домой возвращаться стыдно. А навстречу — женщина. «Ты чего?» — спрашивает. Рассказал. А она говорит: «А ты в училище иди, получишь профессию и окрепнешь!»
И Николай пошёл в приёмную комиссию Николаевского судостроительного училища.
— Пришёл и сказал, что хочу быть кузнецом, — вспоминает наш собеседник. — А председатель глаза округлил: «Дак ты ж молотка ни подымешь!..» Но я про своего деда-кузнеца рассказал, и меня взяли.
Сборная УССР и чемпионский титул
Так Николай остался в Николаеве. Учился и работал на судостроительном гиганте. А еще тренировался в футбольной команде.
— К нам на Первенство «Трудовых резервов» приехали все звёздные команды: Киев, Харьков, — рассказывает Николай Викторович. – Я к тому времени подрос, окреп и тренировался как сумасшедший! Тренер мне говорил: Коля, ты посмотри на свои руки кузнечные! Тебе в пору подковы гнуть». Тогда, в финале с харьковской командой, я взял все мячи, мы выиграли 3:0, и меня взяли в юношескую сборную Украины.
Именно в составе сборной УССР в 1964 году Николай Сидоренко стал чемпионом СССР среди юношей. Финал прошёл в Таллине, где на футбольном поле сборная УССР встретились со сборной Москвы и выиграла по пенальти.
— В сборной, конечно, киевляне были с киевлянами, — улыбается легендарный вратарь. – Но мы дружили со Стефаном Решко и Марьяном Плахетко. Заслуженные мастера спорта! Первый в Суперкубке 75-го нейтрализовал вратаря мюнхенской «Баварии» Герда Мюллера. А второй играл в московском ЦСКА, стал чемпионом СССР и сыграл 2 матча за сборную страны: в 1968-м — с Австрией, а в 1971-м — с Мексикой. Играл со мной в команде и Анатолий Бышовец, с которым сборная СССР в 88-м взяла олимпийское золото, разгромив бразильцев. И Владимир Мунтян — семикратный чемпион СССР, двукратный обладатель Кубка СССР, Кубка обладателей кубков УЕФА и Суперкубка УЕФА.
Танки, бокс и свадьба
А потом Николая забрали в армию, где он продолжал тренировки.
— В армии я выучился на механика-водителя танка, — продолжает Николай Викторович. — И, помимо футбола, занялся боксом. Помогла закалка кузнеца. Я бился в тяжёлом весе и стал чемпионом Крыма по боксу среди срочников!
Посла армии Николая звали в херсонский «Локомотив». Но он выбрал николаевский «Судостроитель», который тренировал Юрий Воинов — чемпион СССР и серебряный призёр чемпионата СССР. Потом была зима и отпуск на Родине, где старший тренер черниговской «Десны» Валентин Тугарин позвал Николая к себе.
— А еще в том отпуске, в конце декабря, я встретил мою будущую жену Тамару… — вспоминает вратарь. — Чувства вспыхнули внезапно, и мы захотели пожениться. Да поскорей, потому что в понедельник мне уже надо было уезжать на сборы. В субботу я помчался к её отцу, попросил руки Тамары, и он, поддавшись нашим убеждениям, помог устроить регистрацию бракосочетания без двухмесячного ожидания, прямо в воскресенье. А в понедельник, в начале января, я уже уехал…
Увиделись молодые только в мае, когда Тамара с отцом приехали к Николаю на игру.
— А потом было владимирское «Торпедо», за которое я отыграл 7 лет, — продолжает наш собеседник. — Владимир меня очаровал своей красотой. Какие храмы! А какой крёстный ход! Я такого не видел ни разу…
«Сегодня играем за Колькну дочку!»
В октябре 69-го у Николая родилась дочь Леночка…
— Я узнал об этом в Смоленске, перед игрой, — смеётся Николай. – Сотовых телефонов тогда не было, и я получил от мамы телеграмму: «Тамару забрали в роддом». Божечки, что тут началось… Я на эту почту каждые 10 минут бегал и спрашивал. Меня там все девчонки уже запомнили. А за 2 часа перед началом матча нас собирали в холле гостиницы для установки на игру. Тренер сказал: «Коль, ну-ка сбегай ещё на почту!» Я помчался, а мне девчонки уже с порога кричат: «У Вас доченька родилась!» Я на бегу развернулся, промчался через площадь, влетел в холл и ору: «У меня доченька родилась!!!» Все закричали, захлопали, а тренер встал из-за стола и говорит: «Ну, что ребята, какая уж тут установка! Сегодня все играем за Колькину дочку!!!»
В тот день Николай играл как ненормальный. Не пропустил ничего! А после игры вратарь «Смоленска» Борис Когут подошёл к нему и спросил: «Ты чего сегодня объелся? Всё на свете вытащил!»
Своим самым сложным мячом голкипер считает одиннадцатиметровый с «Динамо» (Тбилиси)…
— Это было в Грузии, – хмурится вратарь. – Нам назначили пенальти. Я взял. Однако, судья потребовал перебить. Без видимых причин. Без нарушений. Потому что Грузия… Как-то в Поти ко мне за рамку подошёл джигит и заявил: «Если не пропустишь – зарежу!» И приложил к своему горлу кинжал. Так и в этот раз… Матч уже закончился, время вышло, а мы готовимся к перебивке. И я вижу, как к нашей штрафной зоне начинают подтягиваться все: болельщики с трибун, игроки… Меня взяли буквально в тиски. Удар по мячу. И я беру второе пенальти… Тишина. Я поднимаю глаза и вижу, что Вовка Данилов стоит в центральном круге. Я быстро перебрасываю мяч через всех, кто в штрафной зоне, Вовка ловит его и забивает гол в пустые ворота…
Что потом началось!..
— Тренер грузинской команды к нам подбежал и говорит: «Быстрее в раздевалки, мы вас доведём…», — вспоминает Николай Викторович. – Мы добежали, легли на пол и пролежали так около двух часов. Летело всё: камни, стёкла, побелка… И только, когда власти согнали всех за ворота, нас осторожно вывезли в аэропорт. Не в гостиницу, а сразу на самолёт. И только тут мы поняли, почему нас попросили все вещи забрать на игру.
С Высоцким на борту и с Понаровской в лифте
Зато обратный авиарейс был с Владимиром Высоцким на борту.
— Мы трижды оказывались с ним в одном самолёте, — улыбается футболист. – И всё время почему-то из Грузии… Но подходить нам к нему не разрешали. Он всегда был с командой телохранителей и вокруг него всегда звучал хохот. Так складно он рассказывал анекдоты. Величайший был человек… Наверное, второй после господа Бога…
После владимирского «Торпедо» был Туркменистан.
— Туда меня позвал мой тренер Владимир Юлыгин, — продолжает голкипер. — Ашхабадского вратаря забрал Ташкентский «Пахтакор». И на его место в «Строитель» пришёл я. Все тогда изнывали от жары, а мне она была по душе! Мы жили рядом со стадионом, и я после игры ставил на солнце раскладушку и балдел…
Именно в этот период спортивной карьеры у Николая случилось забавное знакомство.
— Дело в том, что вратари свою форму стирают сами, — от души хохочет голкипер. – Потому что грязь и зелень ни одна прачка не возьмёт. И вот я всё отстирал и спустился вниз, чтобы выгладить свои чёрные вратарские трусы. В гостинице для этого были гладильные комнаты: бросаешь пятачок и утюг включается. Отутюжил и несу трусы на вытянутых руках, чтобы не дай Бог, не помялись! Захожу в лифт, а там стоит Ирина Понаровская. Тогда она была солисткой «Поющих гитар». Увидев меня, она так долго и заразительно хохотала, что я не выдержал и тоже засмеялся… А потом, когда мы успокоились и поехали, она пригласила меня зайти к себе и объяснить: для чего я так наутюжил мужские трусы и почему нёс их на вытянутых руках…
На поле с Досаевым
Были на юге и сложности. Самолёт без конца забрасывал футболистов на сборы то в Ташкент, то в Самарканд… Привыкшие в автобусным поездкам спортсмены тяжело переносили постоянные перелёты. Николай стал уставать и сказал тренеру, что заканчивает спортивную карьеру. К тому времени ему исполнилось тридцать.
— Я вернулся домой, а моя Тамарочка говорит: «Коля, но я же вижу, что ты не сможешь без футбола…», — продолжает наш собеседник. — Какое-то время я тренировал мальчишек в Корюковке. А потом не выдержал и поехал в Федерацию футбола. Встретил там тренера Бориса Белякова, экс-капитана московского «Локомотива». Он-то и позвал меня в «Торпедо» (Волжский), где я стал первым вратарём и отыграл с 1976 по 1979 год.
Именно в этой команде у Николая произошёл самый курьёзный случай за всю его карьеру.
— Мы играли с астраханским «Волгарём», на воротах которого стоял один из лучших вратарей советского и российского футбола Ринат Дасаев -, вновь улыбается голкипер. — Назначают угловой. И центральный защитник Толик Иванов ростом 194 см, кричит мне: «Колёк, лови!» и подаёт головой мяч, который изящно влетает в самую девятину моей рамки. Тренер хватается за голову. Начинается второй тайм. И этот же самый Толик Иванов, уже с другого угла, снова кричит мне: «Колёк, лови!», и снова отправляет мяч, но уже в другую девятку моих ворот… Так что проиграли мы тогда 2:0…
Все были в шоке. Не отрывая рук от головы, Борис Беляков тогда несколько раз произнёс: «Это же ведь искусство…»
Сейчас Николай Владимирович, несмотря на 3 операции на сердце, по-прежнему внимательно следит за российским спортом и воспитывает внуков и правнуков…
Читайте «Волжскую правду», где вам удобно: Новости, Одноклассники, ВКонтакте, Telegram, Дзен. Есть тема для новости? Присылайте информацию на почту vlzpravda@mail.ru
